Дорогие читатели, Нашему шестнадцатилетнему, волонтёрскому и некоммерческому проекту для создания новой, современной версии N-N-N.ru, очень нужно посоветоваться касательно платформы нашего сайта – SYMFONY & DRUPAL 8. Платформа не простая, но обещаем – мы не займём много времени, просто нужна консультационная поддержка квалифицированного разраба. Если вы можете помочь, то связаться с нами можно на страницах Facebook.com здесь и здесь.

Наука делать деньги. Что мешает вузам продавать свои разработки

Российские вузы не спешат создавать наукоемкие предприятия. Среди основных причин – законодательные проблемы, инертность научного сообщества и отсутствие квалифицированных менеджеров, способных вывести разработку на рынок.

Об этом говорилось на представительной конференции с участием сотрудников научно-образовательных центров страны, которая состоялась в столице. Представители вузовской и академической науки из Москвы, Воронежа, Курска, Белгорода и ряда других городов обсудили проблемы коммерциализации разработок. Как выяснилось, получение прибыли от научной деятельности сейчас сводится к трем основным вариантам: помимо создания предприятий, это продажа лицензий и проведение исследований на заказ.

Торг не уместен

rg-nauka250mardelo.jpgУ вузов есть взможности создавать
перспективные разработки, внедрять
их в производство и за счет этого
зарабатывать. Фото: Сергей Мардело

Как констатировали участники собрания, самый простой способ заработать деньги на науке состоит в продаже лицензий и отчуждении исключительных прав на результаты инновационной деятельности. Именно так часто поступают ведущие западные вузы: только один Массачусетский технологический университет, в управлении которого около 3000 патентов, ежегодно зарабатывает на них порядка 50 миллионов долларов. Российские вузы вынуждены искать другие пути: скажем, МГУ не получает от своих патентов ни копейки.

Еще в 2005 году минфин и Федеральное казначейство исключили доходы, получаемые от продажи лицензии и уступки патентных прав, из списка разрешенных для бюджетных организаций образовательного и научного профиля, – поясняет директор Центра трансфера технологий Московского госуниверситета Олег Дьяченко. – Парадокс в том, что вуз или научная лаборатория вполне могут заключить лицензионный договор с бизнес-структурой, но не имеют права использовать заработанные средства в своих интересах. Правда, некоторые вузы успешно обходят этот запрет. Для этого необходимо внести изменения в устав вуза, указав соответствующий вид предпринимательской деятельности в качестве разрешенного, затем зарегистрировать их в минобрнауки и, наконец, уведомить об этом отделение Федерального казначейства. По такому пути, например, пошел Белгородский госуниверситет.

Ученые рассуждают о технических характеристиках изобретения, а бизнесменов больше интересует его востребованность на рынке

Впрочем, этот опыт – скорее исключение на общем фоне. В Центральном федеральном округе большинство университетов, обладающих патентами, связывают свои надежды с либерализацией образовательного законодательства, в результате которой все российские вузы смогут заниматься предпринимательской деятельностью независимо от форм собственности. Такие изменения уже внесены на рассмотрение Комитета по образованию и науке Совета Федерации.

В поисках заказчика

Самым распространенным путем получения финансовой отдачи от науки остается проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ на заказ. Однако массовых заявок от промышленников в вузах ЦФО не наблюдается. Одни представители бизнеса не осознают необходимости внедрения инновационных разработок в производство, другие – скептически относятся к «теоретикам» из университетских лабораторий, считая, что они слишком далеки от проблем реального производства.

В последнем случае крупные промышленные предприятия предпочитают создавать собственные конструкторские бюро наподобие тех, что существовали в советское время. Несколько лет назад такое дочернее предприятие создала белгородская компания, занимающаяся возведением недвижимости и производством стройматериалов. На первом этапе новая структура пыталась работать с изобретателями и рационализаторами. Но с началом кризиса ее деятельность свелась преимущественно к продвижению технологий энергосбережения на предприятиях, входящих в управляющую компанию.

В апреле нынешнего года правительство России приняло постановление № 218, призванное поддержать кооперацию вузов и других организаций, готовых создавать высокотехнологичные производства. Помимо московских университетов, в Центральном федеральном округе соответствующие гранты минобрнауки выиграли также белгородцы и воронежцы.

Расположенный в Белгороде опытно-экспериментальный завод, занимающийся производством материалов для стоматологии, воспользуется разработками местных нанотехнологов. Воронежским промышленникам предстоит развивать проект в сфере гражданской авиации совместно с государственным техническим университетом.

Создать и отчитаться

Создание стартап-компании эксперты оценивают как наиболее перспективный способ коммерциализации научных идей. Но и сложностей на этом пути немало. Как правило, ученые и инвесторы говорят на разных языках. Первые делают акцент на технических характеристиках изобретения и научных регалиях разработчиков. Вторых куда больше интересуют вопросы, связанные с востребованностью идеи на рынке, конкурентоспособностью и степенью защиты интеллектуальной собственности. Совместить единство противоположностей удается крайне редко.

Человек, который хочет заняться наукоемким бизнесом, должен решить, какова его роль в процессе коммерциализации, – говорит Олег Дьяченко. – Как показывает опыт, оставаться в науке и параллельно возглавлять малое инновационное предприятие невозможно. В лучшем случае из такого человека получается плохой бизнесмен и средний ученый.

Полтора года назад депутаты Госдумы приняли федеральный закон № 217, который позволил вузам учреждать наукоемкие предприятия, внося в уставной капитал право использования результатов интеллектуальной деятельности. Предполагалось, что еще до конца 2009 года российские вузы создадут 925 малых предприятий и более 11 тысяч рабочих мест. На практике в начале 2010-го эти цифры были в десять раз меньше.

Произошла подмена понятий, – констатирует эксперт. – Закон ориентирован на практическое применение научных результатов – на практике это вылилось в создание малых предприятий. Закон предполагал, что основным игроком должен быть инвестор – на деле в его роли выступает само учебное заведение. Законодатели рассчитывали, что вузы будут готовить результаты инновационной деятельности для инвесторов, а в университетах решили, что их задача – создать определенное число малых предприятий и тем самым отчитаться перед министерством.

Впрочем, даже критики вузовских проектов признают: трудно ожидать от них полноценной отдачи в условиях, когда университеты не могут передавать в собственность малым предприятиям имущество и оборудование, а также предоставлять помещения в аренду на льготных условиях.

Чтобы сдать помещение в аренду, мы обязаны провести конкурс, где решающим фактором является цена, – объясняет профессор Воронежского госуниверситета Василий Попов. – Высокотехнологичная компания, начинающая «с нуля», вряд ли сможет предложить за площадку в бизнес-инкубаторе в центре Воронежа большую сумму, чем пришедшая со стороны фирма, которая уже крепко стоит на ногах.

Справка:
В настоящее время в государственном реестре – более 550 малых инновационных предприятий при российских вузах.

«Российская газета» – Экономика Центрального округа №5343 от 23 ноября 2010 г.

Автор: Сергей Печорин,
Москва – Белгород – Воронеж

Пожалуйста, оцените статью:
Пока нет голосов
Источник(и):

Rg.ru